Торговая наценка на отдельные продукты питания может доходить до 100-150%

Категории Новости, Новости РФОпубликовано

Большинство продуктов питания реализовываются через розничную торговлю. При этом в Федеральную антимонопольную службу нередко поступают жалобы от производителей на слишком высокие наценки в ритейле, в том числе на продовольственные товары первой необходимости. В прошлом году ведомство выступило с инициативой о регулировании этого вопроса на законодательном уровне, однако по состоянию на начало лета 2022-го проект документа пока так и не появился

В августе 2021 года в Федеральную антимонопольную службу (ФАС) с просьбой проверить наценки, которые устанавливаются торговыми сетями на молочную продукцию, обратился Молочный союз России, получавший жалобы по данному вопросу от производителей из разных регионов — от Камчатки до Краснодарского края. По данным организации, наценки на молочную продукцию составляли от 50 до 150%, чего нет ни в одной стране мира, отмечала тогда директор союза Людмила Маницкая. «Именно на молокоемкие продукты идет большая накрутка. Молоко, кефир, ряженка — в меньшей степени, масло, сыр, сметана — здесь очень серьезные наценки», — цитировал ее тогда «Интерфакс». Примерно в то же время в СМИ появилась информация о том, что ФАС приступил к подготовке законопроекта об ограничении наценок торговых сетей. При этом ритейлерам было предложено уменьшить торговые наценки добровольно, пока формируется документ.

В начале мая этого года в ФАС через Росптицесоюз с просьбой проверить ценообразование на данную продукцию обратились и производители яйца. Птицефабрики были недовольны низкими закупочными ценами, которые диктуют торговые сети: отпускные цены на яйцо, как отмечалось в письме, опустились до уровня себестоимости, хотя на полках магазинов не изменились. В частности, в апреле, несмотря на сезонный рост спроса на яйца перед пасхальными праздниками, отпускные цены для ряда компаний не превышали 40-45 руб. за десяток. В ритейле же стоимость яиц не менялась, а наценка на них была на уровне 40%.

Главное — не переоценить

Согласно информации главы Национальной мясной ассоциации (НМА) Сергея Юшина, в сетевой рознице ЦФО в середине мая яйца категории С0 стоили от 90 руб. до 140 руб./10 шт. По его мнению, предложение продукции от разных производителей по разной цене дает возможность покупателям выбирать тот продукт, который им нравится и по карману. «В ритейле в большинстве муниципалитетов страны высокая конкуренция, а значит, наценка на товары, особенно социально значимые, регулируется рынком и потребительским спросом, — обращает внимание эксперт. — За последние несколько лет около 40% региональных сетей просто ушли с рынка — их было более тысячи, а осталось 600».

На продукты, не относящиеся к товарам повседневного спроса, особенно длительного срока хранения, наценки могут быть еще больше, чем на те же яйца или молочную продукцию, подчеркивает Юшин. Например, на карбонад и сырокопченую колбасу, по оценке НМА, она может составлять до 100%, на пельмени — до 85%. Но на рынке или в несетевых магазинах накрутка может быть еще выше, чем у ритейлеров, даже на базовые товары — в этих точках продаж на те же яйца она тоже порой доходит до 100%.

Такие высокие наценки могут серьезно навредить производителям продукции, относящейся к категории «фреш», в том числе тепличных овощей, считает независимый эксперт отрасли. «В конце мая оптовая цена огурцов составляла 30 руб./кг, а на полке их продавали за 120 руб./кг», — знает он. Это существенно ограничивает спрос, ведь люди в большинстве своем не готовы покупать продукцию за такие деньги. В итоге товар залеживается на полках. При этом предприятия продолжают собирать огурцы — в конце мая они появляются не только в зимних теплицах, но и в парниках. Оптовая цена снижается, а розничная держится на высоком уровне. И эта проблема становится системной, утверждает спикер. 

Розничная сеть «Магнит» устанавливает минимальные наценки, а иногда социально значимые товары продает по цене ниже закупочной, утверждает представитель пресс-службы ритейлера. «Этот ассортимент должен быть доступен покупателю с любым уровнем дохода», — поясняет он. Начиная с пандемийного 2020 года «Магнит» не раз вводил нулевые наценки на отдельные позиции товаров из базового ассортимента российского потребителя. В начале марта сеть добровольно ограничила накрутку цен на 304 товарные позиций в 27 категориях, входящих в базовую продовольственную корзину покупателя. В отношении таких категорий, как свекла, морковь, капуста, картофель, лук, молоко, творог, кефир, масло сливочное, сахар и хлеб, торговая наценка составляет не более 5%, ограничение действует во всех 67 регионах присутствия компании. 

На полках сети представлена продукция разных ценовых сегментов. И на товары из категории «средний плюс» и «премиум» наценка, естественно, выше, но доля продаж таких товаров существенно меньше, чем социально значимых, добавляет представитель «Магнита». В любом случае, по его словам, торговая наценка не дает ритейлеру сверхприбыли, она устанавливается на уровне, необходимом для покрытия расходов на логистику, аренду помещений, информационные технологии, обеспечение достойных условий работы персонала, открытие новых магазинов, обновление действующих точек. Доходность же ритейлеров по чистой прибыли составляет всего 2-3%.

Все сети разделяют свой ассортимент на две большие группы, комментирует партнер консалтинговой компании Strategy Partners Анна Федорова. Первая — товары KVI (key value indicators) — те, которые покупают регулярно, о цене на них люди имеют представление и на этом основании формируют свою оценку, насколько дорогая та или иная торговая сеть. Ко второй группе относятся прочие продукты, которые традиционно называются back basket (остальная корзина). «Наценка на товары KVI минимальна, иногда такая продукция даже реализуется по цене ниже закупочной, товары же группы back basket — это то, на чем розничные сети зарабатывают, поэтому наценка здесь может быть от 15% на среднепопулярный бренд сока до 200% на что-то покупаемое крайне редко, например дорогие экзотические фрукты», — уточняет эксперт.

Проблема повышения себестоимости

Национальный союз производителей молока («Союзмолоко») тоже обращался в ФАС в прошлом году, однако молочники просили регулятора обратить внимание не на торговую наценку, а на увеличение себестоимости. «Прошлый год характеризовался очень высоким темпом роста затрат на производство и сырого молока, и готовой молочной продукции. В зависимости от категории средний показатель составлял от 15 до 20%», — напоминает гендиректор организации Артем Белов. Главными факторами этого стали девальвация рубля и подорожание всех импортных составляющих, а также повышение цен на корма, в первую очередь белковые. В то же время производители ввиду стагнирующего спроса не имели возможности сразу переложить свои издержки в цену на полке. «Мы объяснили ФАС, что попытки увеличить стоимость продукции могут быть связаны не с тем, что компании намерены получать сверхприбыль, а с тем, что цена реализации товаров не покрывает резко возросшие расходы на их производство», — уточнил эксперт. По его оценке, цены на молочную продукцию в сетях все еще в среднем на 20-30% отстают от темпов продовольственной инфляции.

Сезонный фактор

«Уфагормолзавод» из Башкортостана работает со всеми торговыми сетями в регионе. Ценовая политика разных магазинов может существенно отличаться друг от друга, особенно в области установки цен на промотовары, рассказывает исполнительный директор компании Сергей Штукатуров. По информации директора «Деревенского молочного завода» (Кемеровская область) Александра Сухинина, в мае наценка в сетях на питьевое молоко, производимое предприятием, составляла 20%, на творог, сметану и другую продукцию — 30-40%. Однако он подтверждает, что ранее торговая наценка в молочной категории доходила до 100%. «В прошлом году, зимой, например, молоко, которое мы отпускаем по цене 48 руб. за упаковку, в сети продавалось по 99 руб.», — вспоминает руководитель.

А вот производители яиц — «Волжанин» (Ярославская область) и «Птицефабрика “Синявинская”» (Ленинградская область) — не отмечают сверхвысоких наценок на свою продукцию. «Волжанин» работает и с федеральными, и с региональными торговыми сетями, рассказывает коммерческий директор компании Андрей Филимонов. По его словам, в яйце есть три категории, каждая из которых в плане торговой наценки живет своей жизнью. К первой относится брендированная продукция, и это верхний ценовой сегмент. Цена здесь в течение года фактически не меняется, а наценка ритейлеров, как правило, составляет 35%. Есть собственные торговые марки (СТМ) — это средний ценовой уровень, по этой категории сети работают с определенными поставщиками. Волатильность торговой наценки и отпускных цен здесь выше, чем у брендированного яйца, и может колебаться в пределах 15-20% в течение года, сообщает Филимонов. Еще один сегмент — СТМ нижнего ценового уровня или марки самих поставщиков в категории «эконом». Он самый массовый по объему продаж, при этом отпускные цены на продукцию данной категории определяются в ходе торгов и зависят от баланса спроса и предложения.

Стоит помнить и о сезонном факторе, напоминает руководитель. Как правило, в конце апреля — мае происходит снижение потребления яиц и начинается сезон шашлыков. При этом на рынке в большом количестве появляется яйцо от домашней птицы, вследствие чего предложение превышает спрос. «В этот момент цена закупки на торгах у сетей резко падает, а на полке она опускается не так быстро, — поясняет Филимонов. — В эти моменты накрутка на отпускную цену производителя действительно может достигать 70-80%, но затем ситуация постепенно выравнивается, так как сети снижают цену на полке». Обратная ситуация происходит осенью, в октябре-ноябре: спрос на яйцо начинает превышать предложение, стоимость его на торгах растет. Некоторые магазины в эти моменты, наоборот, удерживают розничные цены, борясь за покупателя, и зачастую ряд позиций продается со скидкой, знает топ-менеджер.

Гендиректор «Птицефабрики “Синявинская”» Артур Холдоенко тоже отмечает, что цены на продукцию, реализовываемую в торговых сетях, могут быть как четко прописанными в контрактах — квартальных, полугодовых, годовых, — так и спотовыми. «Есть остаток запасов купленных товаров на складах, есть новые поставки. В бухучете сети они усредняются и выставляются со средней наценкой», — говорит он. При этом при снижении отпускных цен у производителей торговые сети не могут одномоментно продать весь товар и заменить его на дешевый с минимальной наценкой, так как есть складской и переходящий остатки, акцентирует внимание руководитель. Отсюда у аграриев может складываться ложное впечатление, что накрутки на их продукцию чрезмерные.

По наблюдениям Холдоенко, максимально наценка на яйцо птицефабрики фиксировалась на уровне 40% — и только на брендовую и эксклюзивную продукцию. На остальные категории она существенно меньше. «Безусловно, когда спрос на яйцо выше, и мы, и сети зарабатываем больше, а при его снижении — меньше, но в любом случае торговая наценка на большинство позиций по яйцу колеблется в пределах 8-12%», — подчеркивает он.

Филимонов добавляет, что смотреть на рынок яйца только в моменте, когда происходит или повышение цены или понижение, — неправильно. В среднем по году никаких огромных наценок нет. Они очень уступают тем, что устанавливаются на макаронные, кондитерские и колбасные изделия, ведь яйцо — один из тех продуктов, которым сети пытаются привлечь покупателя, отмечает он. Потребители очень быстро реагируют на удорожание данного белкового продукта: сразу происходит сокращение продаж. Поэтому значительно накручивать цены на яйцо у ритейлеров просто нет возможности.

Есть и еще одна проблема, о которой не принято говорить вслух, — менеджмент самих производителей, дополняет Холдоенко. «У сетей есть и долгосрочные, и спотовые контракты. И некоторые предприятия хотят заработать на споте очень много, но при этом не думают о том, чтобы иметь пусть небольшую, но постоянную прибыль с долгосрочных контрактов, — обращает внимание руководитель. — Спотовый же сегмент имеет очень большую волатильность — прибыль в периоды высокого спроса может доходить до 200%, но во время его спада цена продукции может быть и вдвое ниже себестоимости ее производства». В такие моменты компании, которые делают ставку только на спотовые товары, и начинают жаловаться на сети в отраслевые союзы или ФАС. Те компании, у которых доля долгосрочных контрактов превышает процент спотовых, как правило, в периоды сезонных колебаний страдают не так сильно, уверяет Холдоенко.

Производители яиц могли бы предпринимать больше усилий, чтобы получать более высокий доход, например производить не только пищевые яйца в привычном потребителю формате, предлагает Сергей Юшин. Так, на международных рынках продаются яйца без скорлупы, замороженные. Также можно производить продукты глубокой переработки для сектора HoReCa. «Конечно, в нашей стране есть компании, которые выпускают различные яичные продукты, в том числе и для экспорта, но их немного, — утверждает он. — Сырые яйца тоже можно вывозить за рубеж, и так делают многие страны». Таким образом, если бы производители яиц создали конкуренцию между покупателями, диверсифицируя и расширяя каналы реализации, то сети, возможно, готовы были бы покупать у поставщиков их товар по более высоким ценам, рассуждает эксперт. Россия же импортирует яйцо из Беларуси в объеме от 38 до 43 млн шт. ежемесячно, а экспортирует в страны ЕАЭС и дальнего зарубежья в 3-4 раза меньше — всего за прошлый год было вывезено 313 млн шт. «Помимо стран Таможенного союза и СНГ, покупателями отечественного яйца были также Монголия (55% от общего объема экспорта в 2021 году) и ОАЭ. Так что поставки нужно наращивать», — делает вывод глава НМА.

Когда-то давно яйцо было основным продуктом, который люди покупали на завтрак, но сейчас у него появилось много конкурентов в других категориях: всевозможные йогурты, творог, иная кисломолочная продукция, готовые завтраки, фрукты, овощи и т. д., продолжает Юшин. Соответственно, компаниям необходимо объединиться и проводить более активную маркетинговую политику, продвигать яйцо как категорию посредством рекламы — рассказывать о его полезных свойствах по телевизору, в интернете или в соцсетях через популярных блогеров. «Важно делать продукт привлекательным, напоминать о нем, тогда и спрос будет расти», — уверен эксперт.

Похожая ситуация и с питьевым молоком, признает Сухинин: спрос на него падает, особенно среди молодого поколения. «Между тем животноводство — одна из главнейших отраслей любого государства, а коровье молоко — продукт, к которому детей нужно приучать с детского сада. Также он должен быть доступен и в школах», — считает руководитель.

Сроки оплаты нужно скорректировать

Закон о торговле устанавливает срок оплаты за продукты питания со сроком годности менее 10 дней в восемь дней со дня получения, для продукции со сроком хранения от 10 до 30 дней — до 25 дней, для остальных категорий, включая алкоголь, — 40 дней. Сети имеют право на отсрочку платежа, но предельные сроки оплаты по тем или иным причинам порой затягиваются, а размер задолженности может быть существенным. Производители продовольствия с конца февраля просят ритейлеров сократить предельные сроки оплаты из-за острой нехватки оборотных средств. В мае Минпромторг и ФАС сообщили о намерении заняться контролем и проверкой соблюдения ритейлерами этих сроков. При выявлении системных нарушений правительству потребуется предоставить предложения по исправлению ситуации.

Угодить всем

По мнению представителя одной из компаний — производителей социально значимых продуктов питания, справедливая цена на полке должна покрывать себестоимость и маржу, достаточную для обеспечения развития бизнеса. Однако у каждой торговой сети своя себестоимость, при этом любая из них тоже хочет заработать, напоминает Артур Холдоенко. «Какому-то крупному магазину в силу масштабности такую возможность обеспечит и наценка в 10%, а компаниям поменьше может понадобиться и более высокая накрутка», — рассуждает он. В любом случае принцип формирования торговой наценки должен быть таким, чтобы удовлетворять всех участников процесса. Непосредственно торговой сети и производителю должно быть интересно продавать продукцию и зарабатывать на этом, а население должно иметь возможность ее покупать. «Если ритейлеры сделают наценку слишком высокой, то люди не будут ничего приобретать, а производители перестанут получать заказы и начнут закрываться», — предупреждает руководитель.

По мнению Штукатурова, торговые сети должны создавать равные условия для всех производителей с учетом стратегии развития самого ритейлера. В итоге потребитель определит, какой производитель ему больше нравится, и далеко не всегда за счет дешевизны, обращает внимание он.

Сети имеют полное право определять наценку по своему усмотрению, исходя из собственной политики ценообразования, уровня сервиса, расположения торговых точек и других параметров, уверен Юшин. «Они вряд ли будут сами себе наносить вред, так накручивая цены, что товар будет невозможно реализовать», — считает он. Хотя, признает глава НМА, сейчас ситуацию нельзя все-таки называть идеальной или сбалансированной.

Эксперт напоминает, что Законом о торговле предусмотрены случаи, когда на социально значимые товары правительство вправе временно устанавливать предельные наценки, однако оно таким правом не воспользовалось ни разу за более чем 10 лет. «Добровольно-принудительные ограничения в отношении сахара и подсолнечного масла не в счет, там была иная процедура, от которой, к счастью, отказались», — говорит Юшин. 

Наценка сетей может варьироваться от отрицательной или нулевой по социально значимым товарам, таким как молоко в пленке, до 100% по продуктам импульсного спроса, например мороженому, комментирует коммерческий директор ГК «Белая Долина» (Саратовская область, производство и продажа продуктов питания) Альбина Искакова. «Эти накрутки зависят от коммерческой политики магазина, от ценового позиционирования и от того, с кем из сетей он конкурирует за потребителя. Даже в зависимости от региона в рамках одной и той же сети наценки могут различаться», — уверяет она. Самые низкие они в дискаунтерах, самые высокие — в гипермаркетах и сетях уровня «Азбуки Вкуса». Сама «Белая Долина» работает со всеми федеральными и локальными торговыми сетями Поволжья.

Александр Сухинин справедливой со стороны торговых сетей называет наценку на социально значимые молочные продукты в 5-10%. А Федорова уверена, что такого понятия, как чрезмерная наценка, нет. «В большинстве случаев она отражает востребованность товара у покупателя: если продукт мало интересен потребителю, но розничная сеть все-таки ставит его на полку, то она закладывает в наценку его низкую оборачиваемость», — разъясняет она. Торговая же наценка, необходимая для покрытия затрат ритейлера, зависит от формата сети, позиционирования, уровня сервиса, операционной эффективности, широты ассортимента, закупочной цены и может колебаться от 20 до 40%.

Лучший регулятор — конкуренция

У некоторых производителей продуктов питания есть мнение, что государственное регулирование бизнеса в долгосрочной перспективе может привести к еще большему удорожанию продукции, снижению мотивации рынка к инвестициям. Законодательство должно быть направлено на стимулирование развития рынка, увеличение товарооборота, а не на регулирование цен, считает Сергей Штукатуров. «При этом в магазинах обязательно должны быть доступны социальные товары, в том числе молочные продукты», — подчеркивает он.

На законодательном уровне контролировать торговую наценку на яйцо нет смысла, уверен Артур Холдоенко. Существуют рыночные механизмы, регулирующие баланс спроса и предложения, и если государство в них начнет вмешиваться, то страна может оказаться в ситуации дефицита, которая наблюдалась в СССР, предупреждает он. Поэтому должен соблюдаться баланс интересов. «Торговая сеть — это предприятие, которое несет затраты на аренду, электроэнергию, зарплату, коммунальные услуги, у них тоже есть своя себестоимость, — говорит руководитель. — И в нынешних реалиях у нас в стране я не вижу хищнического подхода торговли к бизнесу со стороны ритейла».

Не поддерживает регулирование торговых наценок на законодательном уровне и независимый эксперт плодоовощного рынка — это не рыночный механизм. Но обращать внимание на ситуацию нужно. «Возможно, к контролю сетей нужно активнее подключать ФАС, чтобы отслеживать такие моменты и пресекать их», — рассуждает эксперт.

Желание государства обеспечить доступность базовых продуктов питания для широких слоев населения вполне логично, комментирует Белов. Однако самым правильным инструментом для реализации этой задачи могла бы стать программа продовольственной помощи, которая была бы целевым образом направлена на поддержание социально незащищенных слоев населения через прямые финансовые дотации.

Правительство не будет ограничивать наценку на продукты питания в торговых сетях — об этом не раз в последние месяцы заявлял президент, напоминает Юшин. «Каждый бизнес отстаивает свои интересы, и нужно уметь вести коммерческие переговоры, объясняя свою позицию, обосновывая ее, например, результатами исследований, исходя из которых представители торговли увидят, что при меньшей накрутке и более высокой оборачиваемости совокупный доход может быть больше», — отмечает эксперт. Если же производители захотят регулировать чью-то доходность, то в итоге придут и к ним. А ведь в сельском хозяйстве в ряде направлений прибыль бывает достаточно высокая. Например, в некоторых отраслях растениеводства в отдельные годы рентабельность может доходить до 100%. Впрочем, бывает и такое, что аграрии нередко уходят в минус, о чем стоит помнить. «Если попытаться сделать так, чтобы у всех все было одинаково, путем искусственного регулирования, все закончится появлением черного рынка, дефицита, ухудшением качества продукции, опыт у нас уже имеется», — предупреждает глава НМА. Если же производители уверены, что торговля зарабатывает слишком много, то они могут попробовать сами открыть свою торговую сеть, предлагает он.

Регулирование наценок на социально значимые товары как разовая мера имеет эффект, утверждает Федорова. Но в целом она против вмешательства государства в рынок за исключением обеспечения конкуренции. «Конкуренция — это лучший регулятор», — акцентирует внимание она. 

«Конечно, принято считать, что рынок сам себя регулирует, но, с другой стороны, он дорегулировал себя уже до того, что животноводство сейчас не в приоритете, — говорит Александр Сухинин. — Многие хозяйства стараются избавляться от животных, отдавая предпочтение растениеводческому бизнесу». Но если и вводить регулирование, то нужно делать это не только в части торговой наценки, а по всей производственной цепочке — от поля до прилавка. В Европе, например, цена на сырое молоко остается стабильной уже несколько десятков лет и не подвержена никаким колебаниям, уверяет руководитель. Если же сельхозпроизводителю сложно продавать молоко по определенной стоимости, государство поддерживает его через субсидии.

Переработчик, в свою очередь, тоже должен иметь определенную маржу, продолжает Сухинин. Выпуск молочной продукции — достаточно затратный бизнес: нужно оборудование, упаковка, энергоресурсы, персонал. Чтобы «молочка» была доступна даже самым малообеспеченным, стоит устанавливать фиксированные отпускные цены на пять базовых продуктов — молоко, кефир, сметану, творог, сливочное масло. «Это социально значимые товары, стоимость на них должна быть стабильная — не дорожать и не дешеветь, — подчеркивает руководитель. — У нас же производители молока летом продают свою продукцию по низким ценам, а зимой их повышают, что плохо как для участников рынка, так и для потребителей». 

По мнению Искаковой, для всех участников рынка было бы намного лучше не устанавливать фиксированную наценку, а вернуться к практике рекомендованной стоимости на полке. В данном случае производитель договаривается с сетью о том, какой должна быть цена товара, и ритейлер соблюдает эти договоренности. Такой вариант будет выгоден обеим сторонам, уверяет она.

Источник: https://www.agroinvestor.ru