Не «продавцы вакцин», а «партнеры по разработке программ вакцинопрофилактики»

—Александр, новостные ленты полны сообщениями об очередных вспышках болезни Ньюкасла и других опасных инфекций. Почему это происходит несмотря на все принимаемые меры, в том числе вакцинацию?

—В основе проблемы — несоответствие вакцинных антигенов реальным возбудителям. В результате снижается эффективность вакцинации, ухудшается состояние животных и их продуктивность, растут затраты на лечение, идет падеж и выбраковка поголовья. Одна вспышка инфекции обходится предприятию в сумму от 30 до 500 млн руб. Именно поэтому так важны поствакцинальный надзор, мониторинг циркуляции вируса и своевременное обновление вакцинных штаммов.

Многое зависит и от технологии вакцинации. Даже самый надежный препарат может не сработать, если нарушены условия хранения, соблюдение холодовой цепи, корректность подготовки вакцинных растворов, точность дозирования и равномерность распределения вакцины в стаде. Вакцинация — процесс, требующих тонких настроек и основанный на доскональном анализе эпизоотической ситуации на конкретном предприятии, в регионе, в стране.

—Как сформировать программу вакцинации, чтобы достичь максимального эффекта?

—Все начинается с глубокой диагностики. Проводится сразу несколько исследований. Во-первых, ПЦР-скрининг на основные патогены с последующим секвенированием для точного генотипирования. Во-вторых, оценка иммунного статуса: не только ИФА, но и РТГА/вирус-нейтрализация с актуальными изолятами. В-третьих, регулярный анализ динамики падежа, патологоанатомической картины и производственных показателей.

Следующий этап — подбор актуальных штаммов и препаратов, основанный на филогенетическом анализе выделенных в хозяйстве возбудителей. Подбирается вакцина, содержащая штамм или комбинацию штаммов, максимально близкие к циркулирующему. Приоритет — препараты, не менее чем на 95% гомологичные полевым изолятам.

Затем необходимо определить сроки вакцинации с учетом фактического иммунного статуса поголовья и эпизоотической ситуации в регионе и грамотно ее осуществить.

Не менее важен контроль эффективности вакцинации. Устанавливаются целевые значения титров антител по ИФА или РТГА для каждой вакцины или антигена. Мониторинг осуществляется через 14–21 день после вакцинации, затем ежемесячно у ремонтного и родительского стада, промышленной несушки. При снижении уровня антител ниже порога, например, ≤ 4 log₂, более чем у 20% поголовья необходима ревакцинация для устранения «иммунной дыры»

—Дает ли грамотно организованная вакцинация 100%-ную защиту?

—Одной лишь ее недостаточно, защита поголовья должна быть комплексной и включать не только вакцинопрофилактику препаратами на основе актуальных штаммов, но и меры биобезопасности на трех уровнях. На внешнем уровне важно предотвратить занос инфекции на объект, обеспечив входящий контроль качества кормов и ингредиентов, воды, племенного материала и инкубационного яйца, карантин для вновь поступивших животных, дезинфекционные барьеры для транспорта и проч. На внутреннем уровне предотвращается распространение болезни между группами животных внутри хозяйства. Необходимы санитарные разрывы, дезинфекционные барьеры на грязных и чистых дорогах, регулярная мойка и дезинфекция помещений и прилегающих к ним территорий. На третьем уровне обеспечивается биосдерживание — предотвращение распространения инфекции за пределы площадки, то есть карантинные и ограничительные мероприятия. Это особенно важно в условиях активного распространения особо опасных инфекций. По данным Всемирной организации здравоохранения животных (ВОЗЖ), с января по май 2026 года в мире было зарегистрировано 112 очагов болезни Ньюкасла и 628 очагов высокопатогенного гриппа птиц в домашней популяции.

—Напряженная эпизоотическая обстановка влияет на глобальные подходы к работе производителей ветеринарных препаратов?

—Да, начинается постепенный переход от модели «продавца» к модели «стратегического партнера по созданию программ защиты поголовья». Мы с самого начала работаем именно по такому принципу: не просто разрабатываем и производим препараты, но и обеспечиваем их эффективное внедрение на основе того подхода, о котором я рассказал ранее. Наша служба ветеринарного консалтинга помогает хозяйствам выделить и идентифицировать конкретный патоген, подбирает наиболее подходящую вакцину, обеспечивает диагностическое сопровождение и лабораторный контроль напряженности иммунитета. Мы корректируем графики вакцинации, контролируем ее эффективность и необходимость ревакцинации.

Параллельно наши ветеринарные эксперты помогают анализировать и настраивать системы биобезопасности предприятия, находить и ликвидировать слабые места, прогнозировать риски.

При необходимости проводим обучение ветеринарных специалистов предприятия: семинары, мастер-классы, лекции, в том числе в формате он-лайн.

Наша глобальная цель — развитие системы эпизоотической аналитики, позволяющей формировать объективную картину циркуляции инфекционных агентов, оценивать уровень риска по регионам и хозяйствам, а также адаптировать программы вакцинации в соответствии с актуальной ситуацией.

Таким образом, совместно с клиентами мы формируем новый стандарт защиты животных на основе актуальной эпизоотической ситуации.

—Можете привести пример, как этот подход работает на практике, что именно делают ветеринарные консультанты?

—Все начинается с глубокой диагностики, анализа эпизоотической ситуации на конкретном предприятии, его производственных показателей. Недавно мы работали на одной из крупных птицефабрик, где сохранность бройлеров составляла 88,7% — это показатель, который можно и нужно улучшать. Наши ветеринарные специалисты обследовали поголовье, провели паталоанатомические исследования и лабораторную диагностику. По итогу подозрение пало на болезнь Ньюкасла. Следующим этапом стали дополнительные ПЦР-исследования патологического материала от ослабленных особей с клиническими проявлениями болезни. Затем провели исследование сывороток крови методом РТГА в возрасте 28 дней и на убое.

В результате подтвердилась циркуляция болезни Ньюкасла VII генотипа — того самого «коварного GVII», быстро распространяющегося, высоковирулентного и способного привести к высокой смертности поголовья. Схема вакцинации живыми вакцинами, которая использовалась на предприятии, по факту не обеспечивала должный иммунный ответ. Мы порекомендовали скорректировать программу вакцинации.

—Что включает подобная корректировка?

—Во-первых, подбирается вакцина, содержащая штамм или комбинацию штаммов максимально близких к циркулирующему. Во-вторых, графики вакцинации формируются и корректируются на основании фактической динамики титров, а не календарного возраста птицы. В данном случае мы выявили, что на девятый день на части птичников антитела уже снижены. Первую вакцинацию решили проводить при снижении тиров антител ниже 1:16 у 20% поголовья. Вторую вакцинацию также сдвинули на более ранний срок, поскольку у 80% цыплят титры были ниже 4 log_2. К имеющейся схеме иммунизации живыми вакцинами добавили нашу инактивированную вакцину ПарамиксоВАК G7 против ньюкаслской болезни VII генотипа. Вакцинировали на инкубаторе в суточном возрасте, доза составила 0,2 мл на голову.

До изменения схемы вакцинации на сороковой день логарифм составлял от 5,5 до 5,7. После изменения схемы вакцинации - от 6,3 до 6,7. В результате сохранность поголовья увеличилась на 2,8%, среднесуточный привес — на 1,15 г. Экономический эффект составил 4,94 руб. на 1 вложенный рубль. Именно такими цифрами и фактами измеряется эффективность работы ветеринарных консультантов!

Пресс-релиз: https://evolink.bio/